Слово редактора

АННА ПЕТРОВА

о поисках подлинного Во времена моего детства Кронштадт был недосягаемым островом на горизонте: закрытый город, военно-морская база. Но так хотелось там побывать, что после окончания училища я даже раздумывала, не распределиться ли мне туда в музыкальную школу, буду ездить на работу на «Метеоре» через залив. «Ну-ну, — сказали мне опытные люди. — А если тебя там застигнет шторм, домой как возвращаться будешь?» Когда флот ушел, в начале 1990-х Кронштадт приоткрыли — его можно было посетить с экскурсией. Помню свое разочарование: Морской собор закрыт и, по рассказам бывавших в нем, обезображен, остальные храмы — в руинах, зайти никуда нельзя, сплошные военные части, непонятен энтузиазм гида по поводу запущенного Летнего сада, почти карикатурного бронзового Петра и уникального дока, который толком не разглядеть. Если поехать на экскурсию сейчас, покажут примерно то же самое. Но если бродить по городу самим и вглядываться, будете вознаграждены: исторические пласты лежат на острове на поверхности, и лишь немногое залакировано под достопримечательность. Тот же док производит действительно сильное впечатление, если подойти к его гигантскому средокрестию через двор дома № 5 по Коммунистической улице. В этом конструктивистском доме-коммуне (крайняя парадная до сих пор открыта) на крыше есть отличная смотровая площадка. А какая потрясающая гранитная кладка шашками откроется вам в углу докового бассейна под почти обрушившейся насосной станцией! На другом конце острова Котлин — пляжи с нежнейшим песком, маяки и форты на горизонте, старые военные укрепления и — увы! — мусор, мусор, мусор. Сейчас, когда Кронштадт связали кольцевой с обеими сторонами залива, туда хлынули «материковые» туристы. Им на острове не очень-то рады, инфраструктура еще не сориентировалась. «Где у вас тут можно чашку чая выпить?» — спросила я, окоченев после четырехчасовых шатаний и отчаявшись найти какое-нибудь сносное кафе. «Дома!» — уверенно ответили аборигены.